Интервью

Абу Мазен не так уж хорош для Израиля

Интервью с бригадным генералом (запас) Иехиамом Сасоном, бывшим главой национального Штаба по борьбе с террором при канцелярии премьер-министра

  1. Бригадный генерал Сасон, в последнее время Абу Мазен плохо себя чувствует и лечится в больнице. Как отразится его возможный уход с политической арены на государстве Израиль и всем регионе, хорошо ли это для евреев?

Верно, Махмуд Аббас, прозванный Абу Мазен в честь его сына Мазена, скончавшегося в 2002 году, по всей вероятности, завершает свою политическую карьеру. На вопрос, был ли он хорош для Израиля, мой ответ отличается от общепринятой позиции. С тех пор, как в 2005 году, Абу Мазен сменил на посту Ясера Арафата, он выступал против вооруженной борьбы, но поддерживал жестокие удары по легитимности государства Израиль посредством политических шагов на международной арене. Я считаю, что он не полезен для нас, он кажется овечкой, но, на самом деле - это настоящий волк. Он использовал мировое сообщество чтобы с помощью лжи ослабить положение Израиля. По сравнению с другими палестинскими лидерами, он воспринимается за рубежом, как умеренный руководитель, и это приносило ему успех. Он ни разу официально не признал государство Израиль, обвинял его в геноциде и других безумных вещах, прикрываясь политической деятельностью. Я уверен, что он не способен принимать смелые решения и не может быть партнером для Израиля в мирном урегулировании. Его уход может стать благом для нас, но может обернуться и новыми проблемами, в зависимости от того, кто займет его пост.

 

  1. Так кто же способен занять пост Абу Мазена? Какие группировки будут бороться за руководство ПА?

Вопрос не только в том, кто унаследует пост Абу Мазена внутри движения ФАТАХ. Следует понять, какое движение получит руководство в Иудее и Самарии. Вот, что важно: на данный момент Баргути и Раджуб выглядят реальными приемниками Абу Мазена. Они заняли второе и третье место на прошлогодних выборах. Ранее Дахлан также мог быть претендентом, но он уже не играет серьезной роли внутри ПА и во многом утратил влияние. Баргути отбывает срок в израильской тюрьме, он придерживается очень милитаристской линии, поддерживает вооруженную борьбу и сильно отличается от Абу Мазена. С его приходом к власти возможна эскалация во всем, что касается использования оружия и более снисходительного отношения к террору. Однако, ему еще предстоит провести несколько лет в тюрьме, и неизвестно, каково будет отношение Израиля к Баргути когда он выйдет на свободу, если вообще выйдет. В деле наследников Абу Мазена, главным вопросом является: что будет с ХАМАСом? Я считаю, что он может занять место Абу Мазена в Иудее и Самарии, сместить ФАТАХ и занять большую часть палестинских городов, став там доминирующей силой, как это уже произошло в Газе. В таком случае изменится вся политическая карта палестинской улицы.

  1. Будет ли такое развитие событий благоприятным для Израиля?

ХАМАС несомненно продолжит свою воинственную антиизраильскую милитаристскую линию на территории Иудеи и Самарии и будет действовать подобно тому, что происходит в Газе. В таком случае ситуация здесь может очень накалиться

  1. Какие шаги должна предпринять наша страна, чтобы исход событий был более благоприятным?

Наши возможности повлиять на исход событий, на то, кто унаследует пост председателя ПА, достаточно ограничены, а палестинский народ, в конечном итоге, примет нового лидера, кем бы тот не был. Я считаю, что после завершения эры Абу Мазена, палестинцы больше сосредоточатся на вооруженном сопротивлении, на терроре и меньше будут заняты мирным процессом и переговорами с Израилем.

  1. Как Вы оцениваете последние события на Храмовой горе и как относитесь к статусу-кво в этом взрывоопасном месте?

Я думаю, что решения, связанные с Храмовой горой, должны приниматься более взвешенно для того, чтобы процесс проходил без излишнего нагнетания страстей. За последние 50 лет ничего не изменилось, это место очень деликатное, взрывоопасное… Поэтому и решения должны быть очень взвешенными. Продуманными. С учетом всех возможных последствий.

 

Я уверен, что реакция ЦАХАЛа на террор и любые провокации должна быть жесткой. Это не место для переговоров, террор нужно уничтожать, без разговоров и лишних сантиментов. Однако понятно, что необходимо было успокоить ситуацию и вернуть все в изначальное положение, поэтому правительство пошло на вынужденные уступки. Можно ли было без этого обойтись? Справедливый вопрос. Поэтому и решения необходимо принимать не в суете, не по телефону, а все тщательно обдумав и взвесив. В свое время Моше Даян принял решение позволить иорданцам заправлять всеми делами на территории Храмовой горы. Этот статус-кво действует уже 50 лет. В 2014 году он получил дополнительную поддержку от премьер министра Нетаниягу и госсекретаря США Джона Керри. Можно спорить, хорош этот статус-кво или нет, но его утвердило правительство Израиля, а все идеи по изменению ситуации следует согласовывать с Иорданией. Такова сегодня ситуация. И стала она такой с согласия израильских властей, хотим мы это сейчас признать или нет.

  1. Смерть Арафата была событием крупного масштаба, как в мире, так и в ПА. Как относится палестинский народ к Абу Мазену и будет ли он оплакивать своего нынешнего раиса в похожей степени? Каковы возможные последствия его смерти, если такое случится?

Абу Мазен не особенно популярен среди палестинцев, он не добился широкой поддержки среди своего общества. Популярности безоговорочного лидера и "отца нации" у Абу Мазена нет. Беспорядки, думаю, будут, но они коснутся лишь вопроса наследника и будут подогреваться и инициироваться различными группировками, борющимися за власть. Большинство палестинцев предпочло бы видеть на посту председателя Баргути, но он находится в тюрьме. И, надеюсь, еще долго будет сидеть за решеткой. Конечно, могут быть проявления насилия по нескольким направлениям, как я уже говорил, в первую очередь, со стороны ХАМАСа, который воспримет это, как отличный шанс расшатать позиции ФАТХа и утвердить свои позиции в Иудее и Самарии. Израиль должен быть готов к вооруженным беспорядкам на территориях в случае ухода Абу Мазена.